Фотодетектив

Даггеротип — звучное слово, которым стали подменять слово «фотография».

Смотреть на те же дагерротипы на флимаркетах больно и знающий коллекционер или собиратель купит даггеротип с рук на толкучке только из соображений спасти изображение.

Валяясь среди шмоток и шляп, они пылятся, выгорают, портятся, восстанавливать их трудно.

Часто визитная карточка «даггеротипа» — шкатулка, энтузиасты поопытнее заметив изображение в такой коробочке, сразу готовы принять его за созданное благодаря старейшему фотопроцессу, то есть за даггеротип. Понятное дело, на тех же барахолках они стоят подороже, чем другие винтажные изображения.

Но и другие изображения тоже помещают в футляры!

За последние четыре месяца я потрогала порядка семиста фотографий. Рассматривала, гладила, сдувала пылинка, читала. Из них около восьмидесяти — даггеротипы (больше всего — запомнился даггеротип с портретом Эдгара По, цифровую копию этого портрета утащил к себе какой-то подписчик), а штук тридцать — амбротипы.

Последние часто путают с первыми.

Читать далее

Про общее между работой диджитал архивариуса и чайной церемонией

в местном художественном музее на первом этаже находится церемониальный чайный дом.  Он сложен из дерева, глины, текстиля и камней..У стен растет бамбук, за ним приглядывают сотрудники музея: иногда пересаживают стебли по ночам..

 
Сооружение чайного дома знаковое, гордость коллекции, поэтому про него нужно рассказывать посетителям во время будущих экскурсий. Но войти-то в него в музее нельзя! Только рассматривать. Поэтому, чтобы познакомить студентов ближе с церемонией и чайными историями, руководители учебной программы, провели выездное занятие.
 
Место действия Shofuso Japanese Tea House and Garden   —  традиционный чайный дом и японские сады в Филадельфии.
 
Прежде был собственностью коллекции MЕТ какое-то время.
 
Мы бродили среди опавших листьев, смотрели как льётся вода, присажились на маты, двигали папирусные двери, пили зелёный чай..
 
Несколько недель укладывала мысли про полученный опыт и теперь расскажу про общее между работами диджитал архивариуса и японского чайного мастера.
 
 

РУТИНА

 
Всё в чайной церемонии подчиняется порядку.
 
Сначала на стол кладут сладость. Затем хозяин разрешает угоститься ею. Ты жуешь, а мастер взбивает зигзагообразными движениями зелёную пыль в глиняной пиале в пену. Хорошо, чтобы к тому моменту, когда ты закончил жевать, её взбили.
 
Вы склоняете друг перед другом голову (можно делать это мысленно считая до трёх), хозяин передаёт тебе кружку таким образом, чтобы гостю была видна лучшая, привлекательная сторона чаши. Это может быть орнамент на поверхности глины, пятно цвета.   
 
Когда чай в твоих руках, ты проворачиваешь кружку, чтобы её «лицевая» (более привлекательная) сторона была ближе к губам. 
 
После приподнимаешь чашу немного вверх, ниже, чем если бы в руках был львенок Симба, но тоже к небу.
 
Время пить.
 
На вкус чай немного горчит, но от того, что  ты жевал сладкое угощение  до глотка, во рту появляется приятный баланс вкусов. 
 
Когда чай выпит, время рассматривать кружку. 
Уперевшись локтями в колени (во время церемонии ты сидишь на полу, сложив ноги под попу), нужно покрутить емкость в руках: отыскать метку мастера, если есть, обратить внимание на фактуру глины..
 
С практикой церемония становится отлаженным ритуалом, танцем, мелодией, которую исполняют мастер и гости..
 
Рутинный порядок действий подразумевается и в работе диджитал архивариуса.
 
Зайти в лабораторию,
удостовериться в порядке,
включить камеру,
включить ламповый свет,
подождать когда свет заполнит стол (минут пятнадцать),
рассмотреть и записать состояние документа,
взять в руки манускрипт, держать аккуратно и крепко,
положить лист под камеру,
распределить освещение, 
откаллибровать цвета,
закрепить предмет съемки,
навестись на резкость,
перепроверить действия,
нажать на спуск.
 
если сдвинул нечаянно фон, повтори действия.
 
если изменил точку фокусировки (мы работаем с трёхмерными объектами так же часто, как и с плоскими), повтори действия.
 
если во время съёмки кто-нибудь вошёл в лабораторию (а значит, изменил условия освещения), повтори действия.
 
свой порядок и для проверки полученного снимка. и для заполнения метаданных. и для передачи файла в серверную.
 
и чтобы убрать сфотографированный предмет из-под камеры тоже есть порядок.
 
коллеги спрашивают: не скучно ли мне? не социопат ли я?
 
нет, мне не скучно. 
с опытом начинаешь управляться с инструментами изящнее.
крепнешь как дирижер.
работа начинает «звучать».
 
 

ЗВУКИ

 
я сравнила отлаженную чайную церемонию и процесс создания архивных диджитал-копий с мелодиями.
 
ещё один общий факт между ними — использование звуков для разных сообщений и в качестве подсказки, оповещений.
 
можно быть опытным мастером в чайном деле, но угощая новых гостей, как ожидать «унисона»?
люди не могут и не должны угадывать чужие мысли.
 
Поэтому, когда хозяин передаёт человеку чай, он произносит слово-разрешение «дозо».
 
Гость же подаёт сигнал о том, что допил громким «сёрбаньем», причмокиванием.
 
В лаборатории тоже есть сигналы-звуки.
 
Чтобы навестись на резкость, крутят колесики (как в традиционной зеркалке), но в видоискатель смотреть не обязательно. Вместо это архивариус прислушивается к камере, та издаёт ровный гулкий звук, который становится тем выше, чем точнее твой фокус. Если звук идёт на спад, значит ты проскочил точку фокусировки..
 
Экспонирование кадра для архива длится от пятнадцати минут. Это время можно тратить на записи, создание метаданных, подготовку следующего предмета, подготовку нужной эмульсии. Приятный звонок колокольчика сообщит, когда фотография «сделана».
 
 

УКРАШЕНИЯ

 
Прикасаясь к японской культуре важно знать про ваби-саби — обширную составляющую их эстетического мировоззрения. «Ваби» ассоциируется со скромностью, одиночеством, не яркостью, однако внутренней силой; «саби» — с архаичностью, неподдельностью, подлинностью.
 
Люди входят в альков традиционного чайного дома сквозь невысокий проём, который побуждает каждого низко наклонить голову или даже опуститься на колени. Нужно снимать обувь перед входом, надевать одежду простого кроя. Это задумано, чтобы участники церемонии чувствовали себя равными. Здесь нет места для «я».   
Это «ваби».
 
Кружка, доставшаяся от бабушки, старый веничек для взбивания пены, рецепт сладости от  прадедушки, — это «саби».
 
Во время церемонии нельзя надевать крупные украшения. Это противоречит идее скромности, отвлекает от медитации и ещё гость может нечаянно разбить или повредить предмет, используемый хозяином. Поэтому экстравагантная брошь или толстое кольцо на пальце угрожает  «саби». 
 
 
Из тех же соображений (предупредить возможные повреждения артефактов) в лаборатории тоже не допускаются украшения.
 
 

Элемент личности

 
Нам рассказали: существующие школы чайной церемонии поддерживают и строго соблюдают свои ритуалы. А установленный ими порядок действий отличается крохотными и, на первый взгляд, незначительными деталями.
 
Например, в одной школе гость, получив чай от хозяина, должен будет повернуть чашу против часовой стрелки, в другой — по часовой, в третьей — против часовой и два раза.
 
Привносим собственные привычки в дело и мы.
 
Кто-то прежде, чем приступить к фотографированию устанавливает камеру повыше: с тем, чтобы опускать её по мере продвижения работы.
 
Другой каллибрует цвет не для каждого кадра, а только один раз, зато долго. Подготовка длится с час.
 
Третий фотографирует строго до обеда, потому что осветительные приборы нагреваются, температура света изменяется и нарушается цветовой тон.
 
Единогласие в одном: когда рабочий проект общий и трудится нужно вместе, каждый хочет, чтобы остальные соблюдали именно его порядок 😉.
 
 
 
#museum_guide_challenge
#истории_библиотеки
 

Как писать чудовищно. Вредные советы Эдгара По.

 

 

Эдгар По умел паясничать. В сатире «Как писать рассказ для Блэквуда» писатель со смаком ерничает над манерой письма американской писательницы Маргарет Фуллер.  Я вытащила из рассказа его колкие комментарии и вредные советы. 

 

Перо — никогда — не следует чинить.

Можете не сомневаться; если рукопись легко разобрать, то ее не стоит и читать. Вот в чем заключен весь секрет и самая душа сенсационного рассказа. Берусь утверждать, что никто, даже величайший гений, никогда не писал — хороших рассказов хорошим пером

 

Если хотите писать сильные вещи, уделяйте особое внимание ощущениям.

Ощущения — вот, собственно, главное! Если вам случится утонуть или быть повешенной, непременно опишите ваши ощущения — вы заработаете на них по десять гиней за страницу.

 

Выбрав тему, вы должны будете затем подумать о тоне или манере изложения. Существует тон дидактический, тон восторженный, тон естественный — все они уже достаточно банальны.

Есть также тон лаконический, или отрывистый, который сейчас в большом ходу. Он состоит из коротких предложений. Вот так. Короче. Еще короче. То и дело точка. Никаких абзацев.

Есть еще тон возвышенный, многословный, восклицательный. Его придерживаются некоторые из лучших наших романистов. Все слова должны кружиться, как волчки, и жужжать точно так же — это отлично заменяет смысл. Такой слог — лучший из всех возможных, если автору недосуг подумать. Хорош также тон философский. Если вы знаете какие-нибудь слова подлиннее, им как раз найдется место

 

Высказывайте как можно больше пренебрежения ко всему на свете.

Если случится написать что-нибудь уж слишком несуразное, не трудитесь вымарывать; просто сделайте сноску и скажите, что приведенной глубокой мыслью обязаны «Kritik der reinen Vemunft»[20] или «Metaphysische Anfangsgrunde der Naturwissenschaft»[21] .

Будет выглядеть и научно, и — ну, и честно.

 

А главное, это — постичь искусство намека. Намекайте на все — и не утверждайте ничего. Если вам хочется сказать «хлеб с маслом», ни в коем случае не говорите этого прямо. Можете говорить обо всем, что так или иначе приближается к «хлебу с маслом». Можете намекнуть на гречишную лепешку, даже больше того — на овсяную кашу, но если вы в действительности имеете в виду хлеб с маслом, остерегайтесь, называть вещи своими именами.

 

И напоследок, ещё одно замечание автора.

 

Это, пожалуй, немного старо, но если должным образом приправить и подать, может показаться вполне свежим

Нью-Йоркская публичная библиотека: онлайн-волонтёры

Мне кажется, что лазить по сайтам иностранных учебных заведений или библиотек — подспорье в изучении английского языка. И если весь сайт может пугать (I’ve been there!), отдельные тематические проекты вовлекают посетителей игриво.

В Нью-Йоркской публичной библиотеке есть несколько способов поволонтёрить онлайн. Взамен получаете новый опыт и немного прокачиваете навыки английского языка.

Building inspector

Программа уточняет адреса, чертежи, объемы зданий и помещений. Перед будет вами сосканированный чертеж, с рукописными пометками (как прежде делали — с рапидографом). Ваша задача — вводить с компъютера текст идентичный увиденному на чертеже.  Ко всем шагам разработчики приготовили вспомогательное видео. Шаг за шагом.

Слоган инспектора (одна из профессий вашей непокорной слуги, кстати) «Kill time. Make history». На сайте действительно можно зависнуть.

Ensemble

Для тех кто любит театр.

Здесь тоже нуждаются в помощи и введении текста в компъютерную базу. Сейчас обрабатывают театральные программки. Лаборатория расшифровывает афиши и документы об исторических выступлениях, которые связаны с театральными постановками по всему миру.

Emigrant City

Присоединитесь к расшифровке записей прошлого и позапрошлого века о недвижимом имуществе  эмигрантов. Эти уникальные документы, раскрывают жизнь и мечты тех, кто помог создать современный Нью-Йорк. Введение о том, как начинать  здесь .

Direct me 1940

Вот эта штука заковыристая, но интересная. Здесь работают с данными переписи населения тысяча девятьсот сорокового года. Можно отыскать телефоны и адреса жителей Нью-Йорка упомянутого года. Предполагаю, что можно найти телефоны знаковых писателей или художников, но ещё не приступала.

Расшифровка записей может потребоваться в ваших местных архивах. На родном языке. Одно время я помогала вести архив чертежей Шевченковского района Киева: работы хватало! Поинтересуйтесь на местах.

Зачем подписываться на рассылку?

Друзья, я запускаю рассылку.

Один раз в месяц буду присылать письмо с  линками на материалы из личного блога, изданий, с которыми сотрудничаю, и ссылками на статьи из англоязычных медиа, с комментариями. По примеру Сергея Короля, я хочу объяснить — зачем.

В интернете я пишу для разных изданий о фотографии,  Америке и диджитал-архивах. За время подготовки поста или заметки прорабатываю много зарубежных источников. А в силу текущего места жительства у меня есть доступ ко многим книжкам и учреждениям.. В рассылке будут отборные материалы. Будет что почитать.

Вот фрагмент первого письма.

 

Почему именно рассылка?

 

Её не отфильтрует фейсбук своими путаными алгоритмами: один раз в месяц вам придёт письмо.

Не всё добытое можно сразу оформить в пост, а «отдавать» полезное хочется.

Мой часовой пояс — нью-йоркский.. Возиться с будильником или приложениями для «отложенных» записей и делиться интересным по европейскому времени всё труднее.

Дайджест (рассылку) можно читать когда есть желание и время. Он лежит в почте, не отвлекает и не теряется.

А еще подписка— простой способ сказать мне спасибо за то, что я делаю в интернете. Если вы читаете мой блог, пользуетесь статьями или дедлайнером для фотографов — подпишитесь на рассылку.

 

 

Рассылка бесплатная. 

Первый выпуск — девятого декабря.

Страница 1 из 212
Analog design by STATION SEVEN